понедельник, 11 августа 2014 г.

Вера Полозкова


И родинки, что стоят, как проба,

На этой шее, и соус чили –
Опять придется любить до гроба.
А по-другому нас не учили.
Поговорим об искусстве.
Дело в том, что я хочу быть творческим человеком, но руки у меня обе левые, то есть не годятся для художества, по ушам проскакали медведи и петь я не могу, а в голове что-то неистово странное, из-за чего никакие слова  в рифму не ложатся! В общем нет у меня супер-таланта. Этот факт меня и огорчает, и радует. Я, можно сказать, завидую людям, которые волшебно поют/танцуют (кстати в плане танцев я - робот)/пишут/рисуют, ну творят, короче говоря. Поэтому, мне ничего не остается делать, как наслаждаться творчеством других людей. 
Человек, о котором я так спешу написать, будто чувствует эмоциональную нить каждого из нас. Вера Полозкова. Женщина - жизнь! 
Кто знаком с ее поэзией, тот понимает, что любые слова излишни, нужно просто читать ее или слушать.
Для себя я ее открыла 3 или 4 года назад вот этим чудным стихом:

Надо было поостеречься.
Надо было предвидеть сбой.
Просто Отче хотел развлечься
И проверить меня тобой.
Я ждала от Него подвоха –
Он решил не терять ни дня.
Что же, бинго. Мне правда плохо.
Он опять обыграл меня.
От тебя так тепло и тесно…
Так усмешка твоя горька…
Бог играет всегда нечестно.
Бог играет наверняка.
Он блефует. Он не смеется.
Он продумывает ходы.
Вот поэтому медью солнце
Заливает твои следы,
Вот поэтому взгляд твой жаден
И дыхание – как прибой.
Ты же знаешь, Он беспощаден.
Он расплавит меня тобой.
Он разъест меня черной сажей
Злых волос твоих, злых ресниц.
Он, наверно, заставит даже
Умолять Его, падать ниц –
И распнет ведь. Не на Голгофе.
Ты – быстрее меня убьешь.
Я зайду к тебе выпить кофе.
И умру
У твоих
Подошв. 


Сейчас, читая ее, я всегда растворяюсь в ее стихах, это такой мой покой, мой отдых. А вот буквально вчера узнала, что она вышла замуж. От этого очень приятно и радостно* 
Буквально несколько любимых фото незамужней Веры)





И собственно горячие свадебные фото*





Когда-нибудь я действительно заберусь на 
Солнечный пик, лопатки сведу до хруста, 
И все эти строки медленно сменят русло 
И потекут не через меня. 
Это большая умственная нагрузка. 
Мне тотчас перестанет быть так темно и грустно. 
И я сяду на пике, пить из горла ламбруско, 
Чуть браслетами двухкопеечными звеня. 

Как-нибудь проснуться уже, беспечным, пустым и чистым, 
Однозначным и вечным, как ландыш или нарцисс там; 
Не самим себе бесом – самим себе экзорцистом 
В окружении остроумцев и воротил, 
А вот чтобы тебе поверили, раз увидев, 
Стать, дурного себя за редкий кустарник выдав, 
Просто частью многообразья видов. 
Аккуратно извлечь из глупой башки тротил, 
И не спрашивать консультации у светил, 
А чтоб кто-нибудь взял, укутал и приютил. 

И одни в кулачок рыдают у аналоя, 
У других если песня, значит, про «все былое», 
А ты просто алоэ. 
Мыслящее алоэ, 
С маленькими зубчиками везде. 
И вот та ходит с рожей, будто в дому покойник, 
А вот этот ночует в сотнях случайных коек, 
А у тебя только кадка и подоконник, 
И над каждым домиком 
По звезде.

На этом все* 

Комментариев нет:

Отправить комментарий